Он очень милым парнем был, но зачем он изменил?
И тогда все началось, предсказание сбылось,
И внезапно над собой потеряла я контроль,
И несчастный стал стонать, серой шерстью обрастать.
В сером мешке тихие стоны,
сердце мое как трофей Горгоны,
жалости нет, во мне простыл её след.
Злоба меня лютая гложет,
разум судьбу понять не может,
против меня восстала сущность моя.
Ослепший старый маг ночью по лесу бродил.
На кладбище разлил он волшебный эликсир.
И лишь проговорил: что ж я старый натворил?
Трупы оживали — землю разрывали,
Всюду выползали, дико бушевали,
Глотки драли, все вокруг ломали,
Рвали свою плоть.
Это место люди не любили,
Потому что здесь гадов хоронили.
Все они водку пили,
Проклятыми были.
Бешено в деревню мертвые ворвались,
В свете фонарей рожи показались.
Дрались и по полной отрывались,
Шли дома громить.
Взяли люди топоры и вилы -
Мертвецов загнать в свои могилы.
Но на это не хватило силы -
Трупов не убить!
Что за наважденье без предупрежденья
На отрока напали — сильно напугали
Смеялись и толкались, парнишку заставляли
Пого танцевать.
Что есть мочи женщины визжали
И крестьяне в панике бежали.
Трупы дохли, снова оживали,
Ржали людям вслед.
Замученный дорогой, я выбился из сил,
И в доме лесника я ночлега попросил.
С улыбкой добродушной старик меня впустил,
И жестом дружелюбным на ужин пригласил.
На улице темнело, сидел я за столом.
Лесник сидел напротив, болтал о том, о сем.
Что нет среди животных у старика врагов,
Что нравится ему подкармливать волков.
И волки среди ночи завыли под окном.
Старик заулыбался и вдруг покинул дом.
Но вскоре возвратился с ружьем на перевес:
Друзья хотят покушать, пойдем, приятель, в лес!
В черном цилиндре, в наряде старинном,
В город на праздник путник очень спешил.
По горам пробирался и улыбался,
Но камень сорвался в пропасть с горных вершин...
В провинциальном городке
Был праздник, музыка звучала,
Но вот в ликующей толпе
Возник зловещий лик бродяги...
Он шел, как будто бы один,
Толпа его не замечала.
И как-то странно на него
Смотрели местные собаки...