— А куда делись люди?
— Мы их грохнули и съели потроха. Что, купилась, да? Я пошутил, куколка. Целы твои люди. Тихим ходом на шлюпке бороздят океан.
— Изо дня в день я повторяю всю эту тягомотину: постоял тут, подошёл туда, пожевал травы и опять сначала!
— А знаешь, в чём дело?
— Пойду-ка я на ЮрФак!
— Люди у нас, даунов, конечно, есть. Вот они! Нравится? Только они неразговорчивые.
— А-а живых людей у в-вас нет?
— Живых? М-м… Нет!
— Ну, если бы здесь было много живых людей, тогда эти места не назывались бы дикими!
— Э-э, стой, стой, притормози, мохнатый, э-э… пенёк! Это что же значит «дикие»: в лачуге живи, листком… подтирайся?!
— А зачем подтираться?!
— Ой вэй…
…Я, Мелман Манкевич, будучи в здравом уме и не совсем здравом теле, завещаю всё принадлежащее мне имущество… Извини, Алекс, тебя смыло.
— Ковальски, доложить ситуацию!
— До коллектора осталось 500 футов.
— Минусы?
— Сломалась последняя лопата.