От зари до зари полыхают костры,
И танцуют неясные тени.
Заезжай на денёк,
Или даже на три,
Пить вино под цыганское пенье!
Всё бы нам, братцы, бегать по траве,
Эх по траве, да времена не те.
Что же поделать с горя мужику?
Эх, в табор цыганский, да прямо к костерку!
Любое мое слово вызывает у вас очередь глубокомысленных вопросов! Знаете, как это выглядит? Я говорю вам: «Люди, у вас хлеб кончился. Вам надо хлеба купить». Вы ошарашенно на меня смотрите, челюсти отвисли, глаза на выкате от ужаса и слышен вопль: «Хлеееб! У нас хлеба нет! Что нам делать, Фримен?! Дай нам хлеб!». Ну и так далее. Эй, булочная за углом.
Он хотел стать музыкантом, а вместо этого лишь выращивает на жопе офисные пролежни. Она хотела стать актрисой, но научилась лишь имитировать оргазм, а все свои главные сцены закатывает на кухне. И что в итоге? Треть жизни на сон, треть на жрать-срать-ржать и треть на ненависть к любимой работе. Ты мог заниматься чем-то настоящим, понимаешь?
Ооо, мы на середине пути,
О, живём молитвами.
Возьми меня за руку, и мы сделаем это – клянусь.
О, живём молитвами.
Было время, не так уж и давно…
Томми работал в доках,
Штаты бастовали.
Он положился на удачу… было так тяжело, так тяжело.
Джина вкалывает в закусочной целыми днями,
Работая для своего мужчины, она приносит зарплату домой,
Ради любви – ради любви.
Она говорит: «Нам нужно держаться за то, что у нас есть,
И ничуть не важно,
Получится у нас или нет.
Мы есть друг у друга, и этого достаточно.
Ради любви – мы используем шанс».
Лучше держаться мужественно, когда тебя вызывают на бой.
Не сгибайся, не ломайся, детка, не отступай!
