Кредит доверия у женщины утрачен, Амур ей подмигнул — и был таков. Куда ни плюнь — везде сплошные мачо, А очень не хватает мужиков. Одет с иголочки, подтянут и накачен, Да так, что не сгибается рука, Изысканная речь — ну чистый мачо, А хочется послушать мужика. В Чечне недавно вышла незадача: В один из, не скажу каких, полков Приехали служить четыре мачо, А командиры ждали мужиков. Солдаты — не пойму, какой — удачи, С банданами поверх тупых голов, С чеченками вели себя, как мачо... Подставили полроты мужиков... Их вытащили. Ну а как иначе? Бросать своих у наших не с руки. В родную часть уделавшихся мачо Доставили простые мужики. Я не люблю козлов, а петухов — тем паче, У них один с павлинами язык. И тот, кто держит на Руси себя за мачо, По жизни — сто процентов — не мужик!

Белое схлестнётся с чёрным. Россия всегда несла добро и освобождение. Поэтому, я верю, белое победит... Украина же оказалась полем, к великому горю и сожалению, на котором белое разбирается с чёрным.

Абсолютного счастья нет: даже человеку в крайней степени дебилизма, когда он кашу руками ест, мухи мешают.

Надежды они не всегда исполняются быстро. Да и вообще не всегда исполняются.

Я ничего не исправляю. Это норма. Норма для сильного человека, которым мне хотелось бы себя считать.

— Суть в медицине — это психология. Это психоконтакт с больным, это психотерапия. Потому что вы можете быть трижды грамотным в профессии, но если вы не найдёте психологического контакта с больным, он будет очень тяжело выздоравливать. — Это сродни тому, что вы делаете на эстраде. — Совершенно верно. В любом искусстве психология, психознание человека это очень важно.

Я не отказываю себе в удовольствии умнеть и не стесняюсь, так сказать, это признавать. Это большая заслуга человеческого мозга — позволять себе умнеть с возрастом.

У меня есть пластинка, которая называется «Вялотекущая шизофрения», но есть и другая — «Розовый жемчуг», тоже о нашем времени. Так вот, если говорить обо всех — это шизо, а если об отдельно взятом человеке — это жемчуг. Когда говорят, что через два-три поколения мы станем другими, мне смешно. Чушь собачья! Когда с каждым человеком говоришь отдельно, он понимает. Когда собирается больше трёх, получается психиатрическая больница.

— А хочешь «зомбикзак»? — А что это? — «Зомбикзак»! Ружьё, мачете, антисептики. Это мой второй бизнес. Я продаю эти рюкзаки для зомби-апокалипсиса. Ну знаешь, на случай, если мёртвые восстанут и все будут жить по волчьим законам. — Мир и так живёт по волчьим законам, друг. Не думаю, что кучка зомби тут что-то изменит.

Что, если прав ты, а не они?