С одной логикой нельзя через натуру перескочить! Логика предугадает три случая, а их миллион!
Часть III, глава V
Я говорил, что он в своем роде только хорош! А прямо-то, во всех-то родах смотреть — так много ль людей хороших останется?
Часть II, глава IV
Полтора года я Родиона знаю: угрюм, мрачен, надменен и горд; в последнее время (а может, гораздо прежде) мнителен и ипохондрик. Великодушен и добр. Чувств своих не любит высказывать и скорей жестокость сделает, чем словами выскажет сердце.
Часть III, глава II
Ох уж эти брюзгливые! Принципы!.. и весь-то ты на принципах, как на пружинах; повернуться по своей воле не смеет; а по-моему, хорош человек — вот и принцип…
Часть II, глава IV
Честный и чувствительный человек откровенничает, а деловой человек слушает да ест, а потом и съест.
Часть II, глава III
В лавке Федяева иначе не торгуют: раз заплатил, и на всю жизнь довольно, потому другой раз и сам не пойдешь.
Часть II, глава III
Во всем есть черта, за которую перейти опасно; ибо, раз переступив, воротиться назад невозможно.
Часть IV, глава II
Всякого человека нужно сначала осмотреть самому и поближе, чтоб о нем судить…
Часть I, глава III
Он смотрел на каторжных товарищей своих и удивлялся: как тоже все они любили жизнь, как они дорожили ею! Именно ему показалось, что в остроге ее еще более любят и ценят, и более дорожат ею, чем на свободе.
Эпилог, II
