Всем было интересно увидеть парня, спасшего мне жизнь. Моя мама же смотрела на него, как на таракана, на насекомое, которое нужно раздавить.
— Произошла глупость. Я за борт переклонилась и чуть не упала. Я пыталась увидеть эти... как их... винты! И подскользнулась. Я бы улетела за борт, но мистер Доусон удержал меня, хотя сам чуть было не сорвался. <...>
— Шнурки завяжи. Любопытно, дама подскользнулась, а ты и ботинки успел снять?
— Сынок, ты хоть представляешь себе, что ты делаешь?
— Не совсем.
— Ты отправляешься в змеиное кубло.
— Невероятно! Так и вижу Смита, он держит предупреждение про айсберги в своей гребанной руке, пардон, и приказывает увеличить скорость!
— Двадцать шесть лет опыта работают против него.
— Вы не понимаете — если вернемся — они нас потопят! Перевернут лодку!
— Не пугай. Ну-ка, женщины, наляжем на весла.
— Из ума выжила? Мы посреди Северной Атлантики! Вы хотите жить или умереть?
— Я ничего не понимаю, что вы за люди? Там же ваши мужья, ваши сыновья! Здесь же полно места в шлюпке.
— И станет на еще одно больше, если ты свой рот не закроешь!
— А боярыня твоя где? В церкви, что ли?
— Боярыня моя со своим любовником Якиным на Кавказ сегодня убежала.
— Врёшь!
— Ей-богу!
— Ловят? Как поймают, Якина на кол посадить — это первое дело, а уж опосля!..
— Зачем, Иван Васильевич? Зачем? Они любят друг друга, ну и пусть будут счастливы.
— Добрый ты человек...
— Шурик, твой аппарат тебя погубит.
— Мой аппарат, Зиночка, меня прославит. И тебя заодно.
