Она выглядит совсем как настоящая
И на вкус тоже как настоящая,
Моя фальшивая пластмассовая любовь.
Когда станет не важно свое и чужое,
Когда на Земле нас останется двое,
Наступит самый последний в мире рассвет,
И мы пропадем на многие тысячи лет...
Я буду смотреть, тебе в след
Пока не погаснет свет, на всей Земле... не погаснет свет.
Я буду смотреть тебе в след
Пока не погаснет свет, в моих глазах... не погаснет свет.
Ты никогда не узнаешь,
Что в этом городе огромном есть тот,
Кто не может жить без твоих губ, без твоих глаз.
Стучали апостолы
Кулаками по столу,
Просили вернуть на землю Любовь Господа,
А он их не слушал:
Мясное кушал,
Руки-ноги людские
Макал в речном иле,
В рот отправлял горстями,
Хрустел костями...
Чувства стали крепче валирийской стали,
Мы дышали так глубоко, но в один момент перестали.
И, если честно, никого не жаль,
Мне, если честно, никого не жаль.
Я сожалею лишь о том, что (Что?)
Никогда её смеха я не услышу больше,
А она мило улыбнётся мне
В самый последний миг
И скажет: «Ну как же от тебя мне тошно».
А ты станешь моим добрым утром,
Я не дам тебе спокойной ночи.
Если хочешь, чтоб я был лишь другом,
Лучше сразу меня прикончить.
А мы снова танцуем, поём под Нирвану
Твои поцелуи залечат все раны.
Нужна мне как воздух, как волнам прибоя нужны эти скалы.
Нужна любви твоей доза, мне её слишком, слишком мало.
Навряд ли кто-нибудь из нас страну узрит,
Где дружба дружбы не обманет,
Любовь любви не изменит.
