Лёша («Квартет И»)

— Что больше всего напрягает в женатом состоянии? <...> — Отсутствие других женщин. — Нет. Отсутствие возможности других женщин. <...> Ты, может быть, ею и не воспользовался, но возможность же должна быть… Пример: тебе запретили есть вилкой. — Кто? — Не знаю. Сказали: «Никогда больше не будешь есть вилкой!» Казалось бы, и хрен бы с ним, можно ложкой, палочками, руками... Но тебе сказали — нельзя вилкой, и сразу захотелось именно вилкой. А главное — вот они вилки, лежат. Открыл ящик — полно. — Двухзубые, трёхзубые, серебряные, мельхиоровые — Красивые! — ...красивые. Да тебе даже алюминиевая сгодилась, если у тебя три года ни одной вилки не было. А нельзя. А вчера еще было можно. А что изменилось?

Лёша: — Ты представляешь, как в такой ситуации приятно отказать? Слава: — Не представляю... Лёша: — Она пришла... вся... Жанна Фриске. Слава: — Ну я знаю, не надо. Лёша: — Пришла и говорит — я твоя... Жанна Фриске: — «Я люблю вас, Вячеслав Гаврилович!» Лёша: — А он ей — раз! Вячеслав Гаврилович: — «А я вас — нет!» Лёша: — Всем бабам в её лице отмстил! За юношеские прыщи, за девочку в девятом классе, которая не пошла с тобой танцевать, за третьекурсницу, которая заснула в самый важный момент, пьяная дура! Слава: — У тебя это тоже было? Лёша: — Было!

— Смотри, как трогательно. Им же лет по восемьдесят, то есть лет шестьдесят они прожили вместе. И видно, видно, прям видно, что они друг друга любят. — Любят? Почему ты так думаешь, что они друг другу не изменяли? Может даже поэтому они и прожили так долго и счастливо. Ну потому что изменяли. Разве так не бывает? — Нет. Так не бывает. — Почему? — Потому что. Потому что я так не хочу.

— Сначала духовный голод, потом физический. — Я духовно не очень проголодался, а физически страшно просто.

— Леш, выйди с Геком! Слышишь? — Вот что мне сделать: выйти с Геком, заказать такси или развестись?

— А ещё мне в детстве казалось, что все старше меня. Ну, то есть так оно в общем и было. Поэтому последняя конфета — кому? — мне. Все, все конфеты мне. И я, очевидно, привык. Поэтому сейчас самая красивая девушка должна быть моей. — А если она не твоя, то придет папа, отнимет её у плохого мальчика и отдаст тебе. Или, знаешь, купит такую же. — Привезёт лучше. Из Прибалтики.

— Спасибо. Очень вкусный шашлык. — Это потому что я петь не умею. — В смысле? — Я же грузин. Настоящий грузин должен красиво петь. А я вообще никак не умею. Вот, шашлыком компенсирую. — Хорошо получается. — Спасибо. В Москве когда облавы на грузинов были, меня менты остановили, говорят: «Ты грузин». А я им говорю: «Эй, слушай, я тебе спою, ты сам меня отпустишь, потому что поймешь, что настоящий грузин так петь не может». — Отпустили? — Конечно, за 300 долларов. Даже песню не послушали.

— Папа, я покакала! — Поздравляю!

Да, и чему учить детей? Говорите правду всем, кроме немцев и постаревших одноклассниц.

— Вот любишь ты жену. — Чё сразу я?! — Спокойно. И любишь ты колбасу. Пошел, купил двести грамм колбасы, съел. Это же не значит, что ты изменял жене с колбасой.