Первый брак: жена осознала, что она лесбиянка — это не моя вина.
Второй брак: я назвал не то имя у алтаря... Немножко моя.
— Ты всё остришь. А что скажешь, если мы всё-таки выиграем?
— Вы не выиграете.
— Знаю, шансы невелики. Но кто-то же должен выиграть. Вдруг это будем мы? Что ты тогда скажешь? Мы будем говорить: «Давайте вместе слетаем на вертолётах на мыс Кейп», а ты будешь говорить: «Я не могу, ребята. Давайте встретимся там, мне надо заправить Хёндай».
— Ой, смотрите, смотрите, здесь его фотография! С ума сойти!
— Ну правильно, нашего Джо еще не все знают. Такой взгляд — ни страха, ни обреченности.
— Росс, Росс, Росс! Держись подальше от этого парня, и от этого, и от того... они все огромные!
— Ничуть не больше меня.
— Просто ты стоишь ближе к себе. С того места, где ты стоишь, ты себе кажешься больше.
— То есть ты хочешь сказать, что большая птица схватила пудинг?
— А что — мясо вкусно, и шоколад вкусно.
— С чего ты решил, что вы с Чендлером знаете нас с Рейчел лучше, чем мы вас?
— Потому что... так и есть. Ты ешь только чётное количество тик — така. Кстати, почему так?
— А ты Чендлер, впервые потрогал женскую грудь в возрасте не в 14, как рассказывал, а в 19 и потерял девственность в 23. А у Джо был воображаемый друг в детстве по имени Морис по профессии Космический ковбой.
— Ну спасибо, чувак.
Рэйчел Грин: — Значит, вы все работаете?
Моника Геллер: — Да, мы работаем... Иначе разве мы бы жили так шикарно?
Джоуи Триббиани: — Вот я например, актёр.
Рэйчел Грин: — Правда? Может я тебя где-нибудь видела?
Джоуи Триббиани: — Вряд ли, я всё больше мотаюсь по гастролям...
Моника Геллер: — Почему? Я же помню — ты в городском парке играл Пиноккио!
Чендлер Бинг: — Джепетто! Я настоящий, живой мальчик!
Джоуи Триббиани: — Вам не удастся унизить художника!
Чендлер Бинг: — Конечно нет... [бежит вприпрыжку] Когда я деревянным был, я в школу не ходил!
Рэйчел Грин: — И у меня ещё есть пять секунд свободного времени. [целуются] Это заняло семь секунд.
Росс: – Значит, слегка опоздаем.
Рэйчел Грин: – О! И, кстати...
Росс: – Что?
Рэйчел Грин: – Я без нижнего белья.
Росс – Вау!!
— Ты должна понять, что я не воспринимаю тебя как стройную красивую женщину.
— ...
— Это как раз одна из тех вещей за которую я могу извинится позже. То есть я хочу сказать, ты Моника, и я люблю Монику.
— Продолжай.
— Ты можешь раздуться, как шар, или наоборот съежится, я всё равно буду тебя любить.
— Даже если я съежусь до двух дюймов.
— Тогда я буду носить тебя в кармане.
Рэйчел Грин: — Угадайте, что произошло?
Росс Геллер: — Нашла работу?
Рэйчел Грин: — Издеваешься? Я же ничего не умею! Надо мной в десяти местах посмеялись и выгнали.
Чендлер Бинг: — Поэтому у тебя такой радостный вид?
Рэйчел Грин: — Ты бы ещё не так радовался, если бы оторвал на распродаже сапоги о которых мечтал за полцены.
Чендлер Бинг: — Надо же, а ты хорошо меня знаешь...
Рэйчел Грин: — Мне не нужны друзья, враги, мне не нужна родня, когда такие сапоги на ножках у меня!
