Краски

Теперь ты ясно видишь вещи. Видишь эти дурацкие жизни, странные голоса. Кругом Милли Ванилли. Ты смотришь на вещи, которые не можешь купить, а теперь даже не хочешь покупать. Всё это останется после твоего ухода, после твоей смерти. И тогда ты понимаешь, что все эти вещи в ярких витринах, эти модели в каталогах, эти краски, эти специальные предложения, эти рецепты Марты Стюарт, эти горы жирной пищи — лишь попытка отсрочить нашу смерть. Но тщетно.

— Ты какой краской красил: быстросохнущей или долгосохнущей? — Неизвестно, да она, наверное, уже высохла. Нет, понимаешь, не высохла. — Наверное, это долгосохнущая краска.

Ты заходишь в детский отдел одежды. Там вся одежда детская, она разноцветная: желтая, красная, будто взорвался Киркоров где-то.